Поэт и переводчик Игорь Караулов — о том, почему полиция не может дать отпор рыночным торговцам

Тысяча и одна ночь, да и только. Стройный юноша Мага родом из Дагестана гулял в благоуханному саду на Поклонной горе и увидел прекрасную пери 15 лет от роду. Как заведено у сказочных героев, знакомство он начал с того, что стянул с девушки брюки. Дальше Мага, понятное дело, ничего не помнит, но оперативники настигли его на Матвеевском рынке. Собралась толпа соплеменников юноши, и в завязавшейся потасовке один из них, тоже Мага, проломил полицейскому череп. Полицейский в реанимации, Мага-второй в бегах, а люди, посмотревшие видео этой драки, задают один и тот же вопрос: почему полиция не стреляла?

Вот в Америке такого бы не случилось, говорят люди. Их копы, воспетые в бесконечных сериалах, разряжают свой верный кольт на каждый шорох. Коп защищает закон, а закон защищает копа. Даже Циммермана, вовсе не полицейского, а дружинника, который застрелил подозрительного чернокожего, суд оправдал, несмотря на массовые протесты.

А вот у нас не сложилось, если так можно выразиться, культуры стрельбы в злоумышленника. Наша полиция совсем недавно была милицией, а милиция — она же народная, плоть от плоти рабочего класса. Ну, а как же стрелять в народ? Неловко как-то.

Наша полиция боязлива. Конечно, не всегда и не со всеми. Если ты одинокий пьяница, то веселые люди в погонах могут тебя и бутылкой угостить ректально, а уж походя наградить зуботычиной — самое милое дело. А вот если сразу понятно, что за подозреваемым стоит сплоченное землячество, то полицейский тысячу раз подумает, прежде чем достать наручники, не говоря уже о стволе. А ну как дюжина братьев из Махачкалы приедет вершить вендетту? А ну как глава клана, уважаемый человек, занесет начальству вкусную хрустящую котлету? А ну как возникнут хитрые политические интересы, и ретивый оперативник окажется ради них в тюрьме?

Глядя на трепет наших копов перед солидарностью диаспор, люди чувствуют себя незащищенными. Они начинают мистифицировать понятие национальности, как будто бы само имя того или иного народа намертво связано с определенным поведением. На самом деле никакой мистики тут нет: в любой стране, где есть группы населения, находящиеся на разных ступенях общественного и хозяйственного развития, возникает «этническая» или «региональная» преступность. Эти группы необязательно должны различаться по национальности: вся Италия населена итальянцами, но сицилийская мафия была, а миланской не было.

Но, может быть, правы люди, которые предлагают как-нибудь обособить или вообще отделить регион 05 и некоторые другие южные земли от остальной страны, и пусть они как-нибудь без нас изживают реликты родового строя, а мы, жители европейской России, будем спокойно жить своим урбанизированным, атомизированным укладом? 

Мне кажется, к региональной преступности следует относиться спокойнее и технологичнее, без панических криков «выселяй» и «отделяй». Большая страна обречена на разнообразие народов и культур, и ее невозможно обрезать так, чтобы на оставшейся территории жили одни солисты балета (да и от них, как мы знаем, можно ожидать всякого).   

США, еще одна большая страна с пестрым населением, может вновь послужить нам примером. Преступность в этой стране нередко принимала этническую окраску. В Голливуде об этом снято немало хороших фильмов, и мы помним, что «Крестный отец» — про итальянскую преступность, «Однажды в Америке» — про еврейскую, а «Банды Нью-Йорка» — про ирландскую. А чернокожие так просто бравировали своим уличным беспределом, создав популярнейший гангста-рэп. 

И что же? Американцы когда-нибудь заводили речь о выселении из страны этих «криминогенных» народов? Или, может быть, планировали согнать их в какой-то специальный штат? Нет, ничего подобного не было. Вместо этого американцы спокойно и последовательно применяли закон всякий раз, когда его надо было применить. И мы видим результат: темнокожий президент достойно возглавляет страну, а мэра-итальянца Джулиани до сих пор с благодарностью вспоминают в Нью-Йорке.

Но для того чтобы безотказно служить закону, полицейский должен быть защищен, и не только «мерами социальной защиты», как у нас это любят, а прежде всего тем оружием, которое пока что бесполезно болтается у него на бедре. Личная неприкосновенность полицейского должна быть гарантирована властью, которая выше страхов и выгод его начальства, а неприменение оружия в случаях, когда это было необходимо, должно рассматриваться как серьезный профессиональный промах. И тогда, конечно, никакая толпа рыночных торговцев не будет собираться вокруг стража порядка и махать перед ним кулаками.

Правда, непонятно, понравится ли такой порядок вещей всем тем, кто теперь упрекает полицию в безвольном поведении на Матвеевском рынке? Ведь если на полицейского прет с кулаками подвыпивший среднерусский уроженец или идейный демонстрант с белой лентой, разве человек в форме не имеет права стрелять? 

http://izvestia.ru/news/554559#ixzz2aqNB2Vib