УБИЙСТВО ГРАФА МИРБАХА
Шестого июля 1918 года в Москве был убит посол кайзера Вильгельма II в советской России граф Вильгельм фон Мирбах-Харф. На протяжении десятилетий этот террористический акт однозначно трактовался в СССР как провокация партии левых эсеров, с октября 1917 года входившей в правительственную коалицию с большевиками, поставившей своей целью нарушить Брестский мир с немцами и захватить власть в стране.

ДЕНЕЖНЫЙ ПЕРЕУЛОК, 5

По этому адресу в Москве находился особняк германского посольства в РСФСР. 6 июля 1918 года в 14 часов 15 минут около него остановился темного цвета "паккард", из которого вышли два человека.
Швейцару посольства они показали удостоверение Всероссийской чрезвы-чайной комиссии и потребовали личной встречи с германским послом. Чекистов провели через вестибюль в Красную гостиную особняка и предложили немного подождать. Граф Мирбах был предупрежден о возможном покушении на свою жизнь и потому избегал приема посетителей. Но, узнав, что приехали официальные представители ВЧК, решил выйти к ним. К Мирбаху присоединились советник посольства доктор Курт Рицлер и адъютант военного атташе лейтенант Леонгарт Мюллер в качестве переводчика. Беседа продолжалась более 25 минут.
Чекист, представившийся Яковом Блюмкиным, предъявил Мирбаху бумаги, которые якобы свидетельствовали о шпионской деятельности "родственника посла" некоего Роберта Мирбаха. Дипломат заметил, что с этим родственником он никогда не встречался. Тогда второй сотрудник ВЧК - Андреев - поинтересовался, не хочет ли граф узнать о мерах, которые собирается предпринять советское правительство. Мирбах кивнул. После этого Блюмкин выхватил револьвер и открыл огонь. Он сделал три выстрела: в Мирбаха, Рицлера и Мюллера, но ни в кого не попал. Посол бросился бежать. Андреев швырнул бомбу, а когда она не взорвалась, выстрелил в Мирбаха и смертельно его ранил.
Граф, обливаясь кровью, упал на ковер. Блюмкин же поднял не сработавшую бомбу и метнул ее вторично. Раздался взрыв, под прикрытием которого убийцы попытались скрыться. Оставив на столе удостоверение ВЧК, "дело Роберта Мирбаха" и портфель с запасным взрывным устройством, террористы выпрыгнули в разбитое окно и через сад побежали к автомобилю. Андреев был в "паккарде" через несколько секунд. Блюмкин же приземлился крайне неудачно - сломал ногу. Он с трудом стал карабкаться через ограду. Со стороны посольства немцы открыли беспорядочную стрельбу. Пуля угодила Блюмкину в ногу, но и он добрался до машины.
В 15 часов 15 минут граф Мирбах умер. Ему было 47 лет…
ДВЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЛИНИИ
Итак, кайзеровского дипломата убили Блюмкин и Андреев, левые эсеры. Но только ли они желали гибели Мирбаха?
Летом 1918 года положение германских войск на Западном фронте мировой войны становилось все более тяжелым. Именно поэтому военно-политическая элита Германии остро нуждалась в сохранении подписанного большевиками в Брест-Литовске мирного договора. Большевики же, тяготясь "похабным", "грабительским" и "кабальным" миром с германскими империалистами, вынуждены были соблюдать его, так как судьба русской революции теперь зависела от Берлина.
Граф Мирбах стал заложником, с одной стороны, политики вынужденного партнерства рейха с большевиками, с другой - поисков политических альтернатив правительству Ленина и поддержки антисоветских сил в России. Таким образом, посол вынужден был проводить сразу две взаимоисключающих политических линии, что и сделало возможной провокацию, жертвой которой он стал.
Материалы политического архива Министерства иностранных дел Германии, документы кайзера Вильгельма II, рейхсканцлера Гертлинга, статс-секретаря по иностранным делам Кюльмана говорят о высокой оценке ими работы германского посла в советской России. Служебные письма графа Мирбаха, направленные из Москвы в Берлин, в целом свидетельствуют о верном понимании им ситуации в стране пребывания, хотя при этом и наблюдается переоценка прогерманских настроений.
Отчет графа Мирбаха о беседе с Лениным 16 мая 1918 года - один из немногих документов, содержащий признание председателем Совнаркома провала брестской политики. Однако Мирбах считал, что интересы Германии по-прежнему требуют ее ориентации на ленинское правительство, так как те силы, которые, возможно, сменят большевиков, будут стремиться с помощью Антанты воссоединиться с территориями, отторгнутыми от России по Брестскому миру.
18 мая 1918 года, через два дня после встречи с Лениным, Мирбах в теле-грамме в Берлин выражал озабоченность ситуацией в России и подчеркивал, что по его оценке потребуется разовая сумма в 40 млн. марок, чтобы удержать большевиков у власти. Еще через несколько дней, 3 июня, германский посол телеграфировал в имперское Министерство иностранных дел, что кроме разовой суммы в 40 млн. марок потребуется еще 3 млн. марок ежемесячно, чтобы поддержать правительство Ленина.
Статс-секретарь по иностранным делам Кюльман инструктировал Мирбаха продолжать оказывать финансовую помощь большевикам. Однако ни Кюльман, ни Мирбах не были уверены, что с помощью немецких денег, способствовавших приходу большевиков к власти в октябре 1917 года, Ленин сможет и впредь удержаться у руля правления. Германский посол был убежден, что летом 1918 года большевики доживают последние дни. Поэтому Мирбах предложил подстраховаться на случай падения Ленина, заранее сформировав в России прогерманское антисоветское правительство.
Берлин одобрил это предложение. 13 июня 1918 года Мирбах сообщил своему руководству, что к нему обращаются разные политические деятели, выясняющие возможность оказания германским правительством помощи антисоветским силам в деле свержения большевиков. Причем условием свержения Ленина эти силы считают пересмотр Германией статей Брестского мира.
25 июня 1918 года в последнем письме Кюльману Мирбах писал, что он не может "поставить большевизму благоприятного диагноза. Мы, несомненно, стоим у постели опасно больного человека, …который обречен". Исходя из этого, посол предлагал заполнить "образовавшуюся пустоту" новыми "правительственными органами, которые мы будем держать наготове и которые целиком и полностью будут состоять у нас на службе".
Изменение позиции Германии и активизация контактов Мирбаха с анти-большевистскими силами не остались незамеченными. Уже с середины мая представители свергнутых в октябре 1917 года политических партий, так называемые "правые", отмечали, что "немцы, которых большевики привели в Россию, мир с которыми составлял единственную основу их существования, готовы сами свергнуть большевиков".
Но об антисоветской деятельности германского посольства в России были осведомлены не только русские "правые" круги и иностранные дипломаты. О перемене настроений немцев знало и советское правительство. Не случайно в то время, когда в Берлине и в посольстве Германии в Москве началась подготовка смены курса немецкой восточной политики, в возглавляемой левым коммунистом и противником Брестского мира Феликсом Дзержинским Всероссийской чрезвычайной комиссии, в важнейшем отделе ВЧК по борьбе с контрреволюцией, было создано отделение контрразведки, нацеленное на работу против германского диппредставительства. "Отделение по борьбе с немецким шпионажем" возглавил 19-летний Яков Блюмкин, а сотрудником (фотографом) этого отделения был Николай Андреев.

....
http://www.peoples.ru/state/ambassador/mirbah/