Сегодня:

От НКВД Советской России - к МВД СССР. Грозовые будни

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Сталин и расстрел сгущеночной барыни.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

В марте 1943 года на особом заседании Политбюро рассматривались расстрельные списки по хозяйственным делам. Время было хоть и военное, но, как правило, дела, которые попадали на партийное обсуждение заканчивались довольно мягкими приговорами. Все понимали, что измена в бою, перед лицом врага, или, например, вредительство, саботаж в тылу и хищения где-нибудь на фабрике - вещи сильно разные.

На том совещании среди прочих рассматривалось уголовное дело директора молочно-консервного комбината из-под Вологды - Марии Львовны Баркеншеер. Директор обвинялась в хищениях социалистической собственности в особо крупных размерах. Предложение областной прокуратуры - высшая мера.

К делу директрисы был приложен пухлый конверт с положительными характеристиками этой деятельницы. В материалах указывалось, то товарищ Баркеншеер всегда активно выступала в защиту советской власти, была активисткой на всех партийных собраниях. При первой же возможности сама вступила в коммунистическую партию.

Кроме того, когда немецко-финские дивизии подошли вплотную к Вологодской области, немногочисленные не призванные на фронт работники и, в основном, работницы комбината инициативно перешли на работу в две смены.

По предложению директрисы по воскресеньям коллектив комбината выходил работать на перевалочный железнодорожный узел, в котором формировались составы с питанием для осаждаемого фашистами Ленинграда. День и ночь работницы консервных цехов перегружали тяжелые грузы со складов в продовольственные эшелоны.

Отмечали и высокую сознательность директрисы в проведении любых массовых мероприятий. Не считаясь ни с личным временем сотрудников, ни с выходными, работники комбината направлялись на все сколь-нибудь значимые мероприятия.

В футбольном кубке пищевиков - первая на поле команда молочно-консервного. На митинге в поддержку папанинцев впереди идет колонна комбината и несет фанерные льдины и белых медведей. Нужно поддержать товарища Меркадера, убившего в далекой Мексике "демона революции" Троцкого, - с трибуны громче всех надрывается товарищ Баркеншеер.

Казалось бы, золотой человек, настоящая коммунистка, оплот большевизма. Ан нет, когда копнули поглубже, выяснилось что активистка с явственной гнильцой. Началось все с заключения государственного договора на поставку сгущенного молока на фронт.

Планы партия ставила по военному времени огромные, неподъемные. Фронту остро не хватало питания и долго не портящихся консервов. Но не выполнить эти планы - значит схлопотать выговор, а то и вовсе вылететь из директоров.

Нужно сказать, что у директора Баркеншеер с выполнением планов всегда был полный порядок. За это ее тоже очень любили в обкоме - всегда можно прикрыть успехами комбината свои промахи по другим направлениям. Директор регулярно получала за свои передовые успехи премии и даже была удостоена медали за трудовые достижения.

Все было прекрасно, пока в одной из фронтовых частей бойцы массово не потравились забродившей прямо в банках сгущенкой. Как так? Сгущенка не может испортиться от тепла за такой короткий срок? Начали разбираться.

Оказалось, что в "сверхплановой" сгущенке, собственно, сгущенки-то почти и нет. В заключении лаборатории указывалось на высокую долю технических жиров, сильно разбавленной молочной сыворотки и синтетического сахарина натрия вместо качественного сахара.

И тут грянуло. На комбинат выехала следственная группа НКВД. Подняты и изучены технологические журналы, складские ведомости. На экспертизу направляются все новые и новые пробы из разных партий сгущенки. Подозрения подтвердились - комбинат гнал на фронт вместо сгущенного молока синтетическую бурду, зато с перевыполнением планов.

В ходе обысков на квартире и двух дачах директрисы были обнаружены и результаты таких методов перевыполнения планов. Дамочка оказалась большой ценительницей ювелирных украшений.

Особенно интересовали ее вещицы, изготовленные еще в царское время. Баркеншеер не жалела времени и сил на охоту за такими, обычно, передаваемыми по наследству украшениями. Платила щедро, не жалея никаких денег. Редких украшений из подвала выгребут почти целую хозяйственную сумку.

На допросах она покажет, что всю жизнь мечтала ощутить себя эдакой барыней, потомственной дворянкой с родословной, кринолинами, усыпанной золотом и каменьями. Довольно странные желания для столь ярой с трибуны коммунистки.

По результатам заслушивания обвинительного заключения Жданов предложил заменить высшую меру десятью годами колонии. Все-таки положительные характеристики, отзывы местных партийных руководителей.

Сталин попросил ввести ожидавшую в приемной товарища Баркеншеер в зал заседаний. Вождь достал из тонкой кожаной папки какое-то письмо, поднял его перед собой и сказал:

- Товарищ Баркеншеер, я Вам сейчас зачитаю еще одну характеристику. Вы, товарищи, тоже послушайте. В ЦК пишет одна женщина, тоже из Вологды, ткачиха. У нее на фронте погибли три брата, осталась она одна. Но она не просит у партии денег. Наоборот, она возглавила движение помощи фронту, сама перевыполняет план в четыре раза и подтягивает за собой других работниц. Все свои сбережения она просит принять на постройку танковой колонны "Вологодский колхозник". На танки собрано ткачихами уже более ста тысяч рублей. Просят только одно - добить ненавистного врага.

Сталин сурово повернулся к бывшей директрисе и сказал:

- Вы, госпожа Баркеншеер, не государство ради своих побрякушек обокрали. Не меня и не их, даже не партию. Вы вот этих ткачих обокрали. Миллионы и миллионы простых людей, которые не жалеют ничего для общей Победы. Считаю справедливым: высшую меру - утвердить!

Баркеншеер была исключена из партии, лишена наград. Приговор суда был приведен в исполнение.

https://zen.yandex.ru/media/mem/stalin- … 19424a40fa

+1

2

Сталин и провинившийся снабженец (В 1972 году тиражом в 200 тысяч экземпляров вышла большая книга воспоминаний А.С. Яковлева  академика, двукратного Героя, семикратного Сталинского лауреата, генерал-полковника, инженера «Цель жизни». В книге, помимо профессионально достоверных сведений о нашей и о немецкой авиации, об их роли в войне, о наших авиаконструкторах и лётчиках, много интересного и о Сталине. Вот несколько эпизодов и впечатлений из книги).
В 1942 году товарищ Сталин проводил совещание с директорами авиационных заводов. Ситуация была тяжелая, исторически авиационные производства были сосредоточены в центральной России. Когда пришли фашистские оккупанты пришлось в пожарном порядке заводы эвакуировать за Урал.
Заводчане работали с полной отдачей, эшелонами было вывезено все, что можно. Стояла задача в самые короткие сроки запустить производство на новом месте и сразу же начать выпуск новых самолетов.
Большинство заводов, выгруженные на едва подготовленные фундаменты, без капитальных зданий цехов, едва ли не в снег, дали первые самолеты фронту уже через две-три недели. Тем не менее, выпуск шел тяжело.
Фронтовой истребитель или бомбардировщик - машина сложная, требует серьезной кооперации со множеством заводов. Кто-то делает двигатели, кто-то радиаторы, кто-то авиационное оборудование. В условиях эвакуации всех этих заводов восстановить порушенные поставки было очень непростой задачей.
Товарищ Сталин сурово задал вопрос что требуется производственникам, чтобы увеличить серийный выпуск отличного фронтового бомбардировщика Пе-2. Фронту эти машины необходимы как воздух, а выпуск буксует!
Пе-2 машина легендарная. Самый массовый бомбардировщик Великой Отечественной Войны с высокой дальностью. Кроме того, это один из самых удачных пикирующих бомбардировщиков тех лет. За счет применения пикирующей схемы бомбометания удавалось достигать очень высокой точности поражения целей.
Руководитель авиазавода Окулов принялся петлять. Мол, они бы и рады увеличить подачу готовых самолетов на фронт, да вина не их. Из его речи выходило, что подводят двигателисты - не поставляют на завод достаточное количество авиационных моторов.
Тут уже пришлось оправдываться директору моторостроительного предприятия Лукину. Он сообщил товарищу Сталину, что завод работает на полную мощность. Только вот испытательных стендов маловато, не успевают прогонять все движки в испытаниях на надежность.

Кроме того есть и другая серьезная проблема - для испытаний нужен высококачественный авиационный керосин, а он весь отдан фронтовым частям. Приходится с трудом буквально выцарапывать каждую цистерну для завода.

Сталин задумчиво прошелся вдоль стола с директорами заводов и спросил:

- Как же так, товарищи, разве нельзя подключить к этому снабженцев? Это их задача добыть для предприятия керосин и все, что требуется. Есть у Вас в распоряжении толковый специалист?

- Был у нас, товарищ Сталин, отличный снабженец. Больше нет.

- Как так, куда же он у Вас делся?

- Посадили, товарищ Сталин.

- Как вредителя?

- Никак нет, товарищ Сталин, как расхитителя и жулика.

Верховный вернулся за стол и принялся молча набивать трубку табаком, ломая папиросы. Закончив вождь неожиданно снова обратился к директору моторного завода:

- А что же, этот снабженец Ваш, он в хату волок или из хаты?

- Что Вы имеете в виду, товарищ Сталин?

- Ну чем Ваш этот жулик проштрафился?

- Сменял незаконно тонну технического спирта на сто тонн авиационного керосина.

- Ну-ну, сотню тонн керосина не для личного же авто сменял, а для заводских нужд. Выходит, хоть и волок не по закону, но в хату, на пользу делу.

Сталин перешел у другим вопросам и больше к истории с проштрафившимся снабженцем не возвращался. Заводам были поставлены большие задачи и требование партии непременно обеспечить рост выпуска бомбардировщиков.

А вот когда на следующий день директор Лукин вернулся на мотостроительный завод его ждал сюрприз. На заводских железнодорожных путях маневрировал паровоз с двумя цистернами высококлассного авиакеросина.

Принимал столь ценный для завода груз на платформе тот самый "жулик" снабженец. Как и не было давешнего ареста. Уже через три месяца эвакуированный завод увеличил выпуск самолетов более чем в шесть раз!

Всего за годы войны советской промышленностью было выпущено более одиннадцати тысяч бомбардировщиков Пе-2. Эти могучие машины внесли неоценимый вклад в нашу Победу над Германией и Японией!
https://zen.yandex.ru/media/mem/stalin- … 19424a40fa

https://pyhalov.livejournal.com/498043.html

+1

3

Напомнило сказку "Ленин и печник". Фамилии снабженца и печника, история не доносит.

0

4

Итальянка написал(а):

Фамилии снабженца и печника, история не доносит.

относительно печника - так это же художественное стихотворное произведение .... Вот какая была фамилия у старика и его старухи? (А.С. Пушкин)
А по отсутствию фамилии снабженца - это к Александру Сергеевичу Яковлеву претензия. Хотя, работая над воспоминаниями «Цель жизни», великий авиаконструктор  и предположить не мог, что потомков заинтересует фамилия помилованного Сталиным жуликоватого снабженца ... Книга вообще о другом, помилование хозяйственника - мельчайший ее эпизод.

+1

5

Стражник
Будем сказки друг дружке рассказывать?

0

6

Сказка ложь, да в ней намёк.

Отредактировано milizioner (2018-04-16 11:33:35)

0

7

Итальянка написал(а):

Будем сказки друг дружке рассказывать?

Относительно сказок - таковых за последние годы и без грозовых множество: "Сталин всех ненавидел а затем расстрелял ....". Даже ясно, по чьему заказу те сказки пишутся. А Страж ссылается на мемуары А.С. Яковлева, в которых этот эпизод содержится. Впрочем, Яковлев пишет о том, как создавали штурмовик, а помиловании интенданта упоминает, как о забавном казусе,
Мне лично запомнилось, как Сталин простил проступок генералу А. Горбатову:
Хозяйственная хватка Александра Васильевича (Горбатова) также обращает на себя внимание. На территории Польши, находясь в одной из дивизий, Горбатов услышал рассказ офицера, получившего письмо от отца из разоренного немцами Донбасса. Для восстановления шахт остро не хватало крепежного леса. Слушая об этом в густом сосновом бору, Горбатов решает помочь шахтерам. Но узнает от члена Военного совета армии И.П. Коннова о запрете вывозить лес из Польши. «Я думал в это время, — вспоминает Горбатов. — «Что же делать? Не посчитаться с Постановлением Государственного комитета обороны — это дело слишком плохое. Отказать шахтерам в их просьбе — тоже нехорошо». Я вспомнил, сколько вырублено у нас леса за войну, а здесь у меня перед глазами были большие массивы строевого леса.
Обращаясь к члену Военного совета, я сказал:
— Иван Прокофьевич! Дело это необычное. Давай решим так: будем считать, что ты мне ничего не говорил об этом Постановлении, а я о нем не знаю... А если уж случится несчастье, всю вину возьму на себя».
После отправки около 50 тысяч кубометров леса прибыла комиссия из Москвы. В четырехчасовой беседе Горбатов откровенно рассказал обо всем...
«Наконец, как договорились ранее, председатель тройки позвонил мне по телефону ВЧ.
— Докладывал Сталину, он выслушал внимательно. Когда доложил, что вас предупреждал генерал Коннов, он спросил, от кого я это узнал. И когда я доложил, что от самого Горбатова, Сталин удивленно переспросил:
«От самого Горбатова? — а потом добавил: — Да, это на него похоже. Горбатова только могила исправит», — и в заключение сказал: «Преступление налицо, но, поскольку, как вы говорите, он не преследовал личной выгоды, на деле надо поставить точку».

http://www.stoletie.ru/sozidateli/gorba … -10-30.htm

Отредактировано Досмотровый (2018-04-16 11:26:46)

+1