Сегодня:

От НКВД Советской России - к МВД СССР. Грозовые будни

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » От НКВД Советской России - к МВД СССР. Грозовые будни » Сотрудники ОВД в войнах на территории СССР-РФ » F43.1 Посттравматическое стрессовое расстройство (Афганский синдром)


F43.1 Посттравматическое стрессовое расстройство (Афганский синдром)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

С войны не возвращается никто. Никогда. Обратно матери получают лишь жалкое подобие своих сыновей — злобных, агрессивных зверьков, ожесточенных на весь мир и не верящих ни во что, кроме смерти. Вчерашние солдаты больше не принадлежат родителям. Они принадлежат войне, с которой возвратилось лишь тело. Душа осталась там.

Но тело все же вернулось. И война отмирает в нем постепенно, пластами — чешуйка за чешуйкой. Медленно, очень медленно вчерашний солдат, прапорщик или капитан превращается из бездушного манекена с пустыми глазами и выжженной душой в некое подобие человека. Спадает невыносимое нервное напряжение, затухает агрессия, проходит ненависть, отпускает одиночество.

Дольше всего держится страх — животный страх смерти — но со временем проходит и он.

Ты начинаешь учиться жить в этом мире заново. Учишься ходить, не глядя под ноги, учишься наступать на колодезные люки и стоять на открытом пространстве в полный рост. Покупать еду, говорить по телефону и спать на кровати. Учишься не удивляться горячей воде в кранах, электричеству и теплу в батареях. Не вздрагивать от громких звуков.

Ты начинаешь жить. Сначала — потому что так уж получилось, и ты остался в живых — не испытывая от жизни никакой радости и рассматривая её как бонус, который по глупости судьбы выпал на твою долю. Все равно жизнь твоя была прожита от корки до корки в те сто восемьдесят дней, пока ты был там, и оставшиеся лет пятьдесят не смогут ничего ни прибавить к тем дням, ни убавить от них.

Но потом ты втягиваешься в жизнь. Тебе становится интересна эта игра, которая не взаправду. Ты изображаешь из себя полноправного члена этого общества. Маска нормального человека приросла успешно и организм больше не отторгает её. И окружающие верят, что ты такой же как и все.

Но твоего настоящего лица не знает никто. Никто не знает, что ты больше не человек. Люди ходят вокруг тебя, смеются, скользят по тебе глазами и принимают за своего. И никто — никто! — не знает, где ты был.

Но тебя это больше не беспокоит. Войну теперь вспоминаешь как виденный когда-тобредовый мультфильм, но его персонажем себя уже не осознаешь.

Правду больше не говоришь никому. Человеку не воевавшему не объяснить войну, точно так же, как слепому не объяснить ощущение зеленого, а мужчине не дано понять, что значит выносить и родить ребенка. Просто потому, что у них нет тех органов чувств. Войну нельзя рассказать или понять, её можно только пережить.

Но все эти годы ты ждешь. Чего? Не знаешь и сам. Ты просто не можешь поверить, что это закончилось просто так, без всяких последствий. Наверное, ты ждешь, когда тебе объяснят. Ждешь, что кто-то подойдет к тебе и скажет: «Брат, я знаю, где ты был. Я знаю, что такое война. Я знаю, зачем ты воевал». Это очень важно — знать зачем. Зачем погибли твои войной подаренные братья? Зачем убивали людей? Зачем стреляли в добро, справедливость, веру, любовь? Зачем давили детей? Бомбили женщин? Зачем миру нужна была та девочка с пробитой головой, а рядом, в цинке из-под патронов — её мозг? Зачем?

Но никто не рассказывает. И тогда ты — вчерашний солдат, прапорщик или капитан — начинаешь рассказывать сам. Берешь ручку, бумагу и выводишь первую фразу. Начинаешь писать. Ты ещё не знаешь, что это будет — рассказ, стихотворение или песня. Строчки идут с трудом, каждая буква рвет тело, словно идущий из свища осколок, ты физически ощущаешь эту боль, это сама война выходит из тебя и ложится на бумагу — тебя колотит, трясет так, что не видишь букв, и ты больше не здесь — ты снова там, и снова смерть правит всем, а комната наполняется шепотом, криками и страхом, и снова работает КПВТ, кричат раненые, и горят живые люди, и паскудный свист мины настигает твою распластанную спину. «И снова жгут наливники в Мухаммед-Аге…» Бьет барабан, и оркестр на знойном плацу играет «Прощание славянки», и вот уже мертвецы встают из своих могил, и их много, очень много; здесь все, кто был дорог тебе в той жизни, но погиб, и вот ты уже узнаешь знакомые лица — Игорь, Вазелин, Очкастый взводный… Они склоняются к тебе, и их шепот заполняет комнату: «Давай… Давай, брат, расскажи им, как мы горели в бэтэрах! Расскажи, как мы плакали на окруженных блокпостах в августе девяносто шестого! Как мычали и просили не убивать, когда нас прижимали ногами к земле и резали глотки! Расскажи, как дергаются мальчишеские тела, когда в них попадает пуля. Расскажи им! Ты выжил только потому, что умерли мы — ты должен нам! Расскажи всем! Они должны знать! Никто не умрет, пока не узнает, что такое война!» И строчки с кровью идут одна за одной, и водка глушится литрами, а смерть и безумие сидят с тобой в обнимку, толкают в бок и подправляют ручку.

И вот ты — вчерашний прапорщик, солдат или капитан, сто раз контуженный, весь насквозь простреленный, заштопанный и собранный по частям, полубезумный и отупевший — уже пишешь и пишешь, и скулишь от бессилия и тоски, а слезы текут по твоему лицу и застревают в щетине…

И ты понимаешь, что с войны не надо было возвращаться.
Родина, не предавай меня.
Мы воевали не с чеченцами или афганцами. Мы воевали со всей мразью этого мира. Мы дрались против кривды за добро и справедливость.

Каждый выпущенный в нас снаряд был выпущен в молодость этого мира, в веру в добродетель, в любовь и надежду.

В желание изменить эту жизнь. Каждый снаряд попадал прямо в наши сердца. Он разрывал не только тела, но и души, и под этим огнем наше мировоззрение рассыпалось в прах, и уже нечем было заполнить образовавшуюся внутри пустоту. У нас не осталось ничего, кроме самих себя. Все, что у нас есть — только наши товарищи. «Все, что мы знаем о жизни — это смерть." Все, что мы любим — только наше прошлое, призрачный мираж в бушующем мире. (с)

Подпись автора

Как горько провожать друзей
Туда, откуда нет вестей,
Откуда ни один еще не возвращался. ...
https://www.youtube.com/watch?v=Qj7CZ85 … p;index=17

+1

2

Вот слыша про эти авганские и чеченские синдромы, вспоминаю я своё детство и нашего соседа деду Веню.
Мне только на его похоронах стало известно, что во время войны он был парашютистом и имел солдатские медали. На сколько я понимаю, во время войны, просто за участие не награждали, значит и немцев он передушил прилично...
Но не было в мире добрее человека, чем деда Веня, он даже не мог кролика зарезать. Жена его резала, а он плакал... Он классно рассказывал разные истории, но не про войну... С ним было интересно, а детей он просто обожал. Мир праху его...
Вот Мушавер, скажи своё мнение?

+1

3

mushaver написал(а):

«Все, что мы знаем о жизни — это смерть." Все, что мы любим — только наше прошлое, призрачный мираж в бушующем мире. (с)

Прожигает... Наши парни, наше поколение. Мушавер, а автор кто?

0

4

Лариса написал(а):

Прожигает.

Но не отражает.

Подпись автора

Dum spiro spero....

0

5

Итальянка написал(а):

Вот Мушавер, скажи своё мнение?

о чем? О деде Вене? У меня самого такой дед был. Никогда о войне не рассказывал. Только по буху плакал. Я этого не понимал. Потом - понял. И еще, я знаю точно, что это именно так -

mushaver написал(а):

Человеку не воевавшему не объяснить войну, точно так же, как слепому не объяснить ощущение зеленого, а мужчине не дано понять, что значит выносить и родить ребенка. Просто потому, что у них нет тех органов чувств. Войну нельзя рассказать или понять, её можно только пережить.

Подпись автора

Как горько провожать друзей
Туда, откуда нет вестей,
Откуда ни один еще не возвращался. ...
https://www.youtube.com/watch?v=Qj7CZ85 … p;index=17

0

6

Нет, я к тому что люди прошли войну и при этом остались людьми. Всю жизнь работали, вырастили детей. При всем даже не утратили некую сентиментальность и жалость к живому.
Сейчас все только и говорят о синдромах. Типа, кто прошёл войну, тот и не совсем даже человек, а наполовину уже терминатор...
Это что? Люди стали слабее психически, какие-то спекуляции, или что? По твоему мнению?

Отредактировано Итальянка (2018-05-07 18:36:40)

+1

7

Все же возражу.
Правда деды на передовой не были, отец да дядя. И практически все отцы одноклассников.(кроме немцев,поляков,корейцев да чеченцев.)
Стрессоустойчивость одна из причин. Второе - Кто, кем,как,в каких родах войск.
Хотя говорить действительно не о чем.

Как ответили - "Привет радист.Все, кому я рекомендовал посмотреть твою работу - в восторге,слезах и соплях!
Пиши!"

Подпись автора

Dum spiro spero....

0


Вы здесь » От НКВД Советской России - к МВД СССР. Грозовые будни » Сотрудники ОВД в войнах на территории СССР-РФ » F43.1 Посттравматическое стрессовое расстройство (Афганский синдром)